Кинематограф, как всякое искусство, имеет свой материал и свой прием его обработки. Как всякое искусство, должен он иметь свои законы, обусловливающие выбор материала.
Все эти положения не новы, но нет и не было конкретных указаний, обоснованных и ясных ответов на вопросы: "каковы законы?", "как обусловливают они выбор?". А вместе с тем только такие работы нам нужны, только такие работы требует наша современность. Нужно помнить, что для того, чтобы вызвать к жизни нового художника, нужно суметь передать в его руки орудие производства. Нужно суметь показать ему те приемы и те обусловливающие их законы, на которых строится работа в данном искусстве. Неизбежная наша обязанность - обязанность каждого режиссера, каждого киноработника - сознательно разобраться в основных принципах, руководящих его работой, и отдать себе в них разумно построенный отчет. Только так может совершиться акт передачи искусства в руки представителей нового класса.
Недавно появившаяся в русском переводе книга Луи Деллюка "Фотогения", так нашумевшая на Западе, как будто бы ставит себе задачей дать ответ на основные задачи киномастерства, и вместе с тем - какая чуждая и почти ненужная нам книга!
Условный язык, пересыпанный патетическими восклицаниями, вроде "мудрая прозорливость кино", оперирует с расплывчатыми символами вместо понятий, с лирическими призывами вместо точных формул. Почти все рассуждения фактически сводятся к "красоте" и "вкусу", и автор их может рассчитывать лишь на аудиторию, состоящую из "родственных душ". Многое из сказанного им по существу верно или "почти верно", но все сплошь изложено в корне индивидуалистично и поэтому в такой форме неприемлемо.
Фотогеничность снимаемого материала, или, как понимает это Деллюк, возможность слияния фотографического изображения этого материала с "гением" кино, является действительно чуть ли не самым важным вопросом киномастерства. Что одно выходит па экране плохо, а другое хорошо, что режиссер должен производить какой-то выбор, это знакомо не только спецам, но и широкой публике.